Джонатан Свифт (1667–1745) - Великие писатели - ГДЗ,ГИА,ЕГЭ,Биографии,Шпаргалки,Решебники-СПИШИ ВСЁ!
Быстрый переход: ЕГЭ 2013 ГИА 2013 2 класс 4 класс 5 класс 6 класс 7 класс 8 класс 9 класс 10 класс 11 класс

  • Мы Вк
  • Добавить в избраное
·

Великие писателиВеликие людиВеликие учёные
Великие музыканты
Биографии » Великие писатели » Джонатан Свифт (1667–1745)

Джонатан Свифт (1667–1745)

Опубликовал(а): Add_info1 14-02-13
Перейти к комментариям (0) Оставить комментарий


«У доктора Свифта лицо было от природы суровое, даже улыбка не могла смягчить его, и никакие удовольствия не делали его мирным и безмятежным; но когда к этой суровости добавлялся гнев, просто невозможно вообразить выражение или черты лица, которые наводили бы больший ужас и благоговение», — свидетельствует его современник граф Оррери.

Те же противоположные чувства — ужас и благоговение — внушают и книги Свифта, особенно самая знаменитая: «Путешествия в некоторые отдаленные страны света Лемюэля Гулливера, сначала хирурга, а потом капитана нескольких кораблей». Благоговение вызывают острота мысли, богатство фантазии, блеск иронии, литературное мастерство, а ужас — ядовитые суждения обо всем мироустройстве, но еще более о «венце природы» — человеке, которого Свифт яростно развенчивал: по его убеждению, люди являются «самыми грязными, гнусными и безобразными животными, каких когда-либо производила природа».

«Путешествия Гулливера» одни считают веселой детской книгой, забавной сказкой и, прочитав в нежном возрасте, больше не открывают, другие — мрачной и злой сатирой, предназначенной исключительно для взрослых.

Удивительны и другие загадки Джонатана Свифта. Язвительнейший из людей, он был священником; скромный деревенский викарий, он был грозой сановных вельмож и влиял на политические события; англичанин по происхождению, он боролся за свободу ирландцев; запутавшись между двумя женщинами, как заправский ловелас, в то же время писал о себе:

Любовь, пускаясь в дальний путь,
К нему не проникала в грудь.


Необычайно скрытный от природы, Джонатан Свифт даже прощался с этим миром в двух лицах. На исходе дней в частном письме человек Свифт предрекал, что умирать ему уготовано «в злобе, как отравленной крысе в своей норе», а в эпитафии, которую сам себе и сочинил, писатель Свифт торжественно сообщал: «Здесь покоится тело Джонатана Свифта, декана этого кафедрального собора, и суровое негодование больше не раздирает его сердце. Ступай, путник, — и подражай, если можешь, ревностному защитнику мужественной свободы». Эти слова выгравированы на его надгробье в Дублинском соборе.

Джонатан Свифт родился 30 ноября 1667 года в столице Ирландии, Дублине. Отец его, англичанин Джонатан Свифт, мелкий судейский чиновник, скоропостижно умер в молодом возрасте — за несколько месяцев до рождения сына, названного в память об отце тоже Джонатаном. Мать, оставив ребенка на попечение дяди, уехала в Англию. Жизнь в чужом доме заставила мальчика с детства испытать унижения, попреки, нужду.

После окончания школы четырнадцати лет Джонатан поступил в Дублинский университет. Независимый, остроумный, язвительный, прилежанием в учебе он не отличался и с особым раздражением относился к трудам средневековых философов и богословов-схоластов. Претенциозная псевдонаучность станет одной из сатирических тем его творчества.

После окончания университета в 1688 году с дипломом бакалавра Свифт уехал в Англию, где получил по протекции место литературного секретаря у влиятельного вельможи сэра Уильяма Темпла. В прошлом Темпл был видным дипломатом, но, разочаровавшись в государственной деятельности, удалился в свое поместье Мур-Парк, чтобы разводить цветы, читать древних авторов и сочинять на свободе философские труды эпикурейского содержания. Скрашивали его отшельничество именитые друзья, часто наезжавшие из Лондона.

Казалось бы, богатая библиотека, незаурядные люди, философско-литературные беседы могли увлечь Свифта, еще в университете проявлявшего особый интерес к поэзии, истории, литературе. Однако, гордый и неуживчивый, он стал тяготиться ролью слуги-секретаря и вскоре уехал в Ирландию искать лучшей доли. Через два года, смягчившись, вернулся в Мур-Парк и даже подружился с хозяином. Там же Свифт создал и первые произведения — «Оду Вильяму Сэнкрофту» (1690) и «Оду Конгриву» (1693), содержащие гневные выпады против общественных пороков, в чем уже угадывалось сатирическое направление его пера.

В 1692 году Джонатан Свифт защитил магистерскую диссертацию, давшую ему право на церковную должность, но оставался у Темпла до его смерти в 1699 году. Затем нужда заставила Свифта принять место помощника священника (викария) в маленькой ирландской деревушке Ларакор.

В то время бедная Ирландия была зависима от Англии, превращающейся благодаря бурному развитию промышленности и торговли, а также успешным войнам в самую могущественную европейскую державу и «владычицу морей». В начале XVIII века, потеснив своих прежних соперников, Испанию и Голландию, Англия готовилась к войне с Францией, единственной страной, способной оспаривать ее международное влияние. В самой Англии вели борьбу за политическую власть две партии — тори и виги. Тори стояли за усиление власти короля и сохранение дворянских привилегий, виги — за ограничение королевской власти во имя беспрепятственного развития промышленности и торговли, а значит, за войну, расширение колониальных владений и торговых сфер.

Связи с друзьями Темпла, занимавшими видные посты в правительстве, привели Свифта в лагерь вигов. Он выпустил анонимно несколько ядовитых политических памфлетов, направленных против торийских лидеров. Памфлеты пользовались большим успехом, ходили по рукам и оказали неоценимую услугу вигам.

Свифт часто наезжал из своей ирландской деревушки в Лондон. Посетители Бэттоновской кофейни, где собирались литературные знаменитости, не раз с изумлением наблюдали, как никому не известный мрачный человек в черной сутане викария устраивался за одним из столиков, долго вслушивался в литературные или политические споры, пока наконец не разражался такими остротами и каламбурами, которые долго потом гуляли по Лондону.

В 1704 году Свифт опубликовал книгу, по-прежнему анонимно, под названием «Сказка бочки, написанная для общего совершенствования человеческого рода» (английское выражение «сказка бочки» приравнивается к русскому «молоть вздор»). В «Сказке» под сатирический обстрел попали всевозможные проявления человеческой глупости: бесплодные религиозные споры, бездарные литературные сочинения, продажность критиков, заискиванье перед сильными мира и т. д. Свифт предлагал поискать светлые умы среди обитателей Бедлама (дом для умалишенных в Лондоне), которые вполне могли бы занять ответственные государственные, церковные и военные должности. Особенно досталось от автора церковным распрям между тремя христианскими Церквами: католической, англиканской и пуританской. К тому времени Свифт защитил еще одну диссертацию и стал доктором богословия, но после публикации этой книги вряд ли мог рассчитывать на церковную карьеру. Выше настоятеля он не поднялся.

«Сказка бочки» стала сенсацией и за год выдержала три издания. Читающая публика интересовалась: кто же автор? Свифт не устоял перед искушением славы и, подавив врожденную скрытность, назвался. Он сразу был принят на равных в круг известных литераторов, художников и государственных деятелей, получив признание как самый талантливый писатель и остроумный человек своего времени.

Так в Свифте стали уживаться два человека скромный настоятель деревенского прихода и знаменитый писатель, позволяющий себе откалывать вполне богемные чудачества, как, например, проделка с астрологом Джоном Партриджем. Этот астролог ежегодно выпускал популярные календари с предсказаниями. Неожиданно в Лондоне появилась брошюра «Предсказания на 1708 год», подписанная неким Исааком Бикерстафом. Он предсказывал число и время, когда его коллега Партридж умрет от горячки, и советовал ему срочно привести в порядок свои дела.

На следующий день после указанной роковой даты вышла листовка «Отчет о смерти мистера Партриджа, автора календарей…», которую бойко распродавали мальчишки. Почтенный Партридж гонялся за ними, уверяя, что он жив. «Отчет» был составлен столь правдоподобно, что бедного астролога замучили визитами гробовщики и пономари, предлагающие услуги, а книгопродавцы вычеркнули его имя из своих списков. В далеком же Лиссабоне португальская инквизиция предала публичному сожжению «Предсказания на 1708 год» Исаака Бикерстафа, поскольку они сбылись, а это означало, что их автор связан с нечистой силой. Откуда им было знать, что это всего лишь мистификация, принадлежащая перу Джонатана Свифта.

Со Свифтом связывали еще одну мистическую историю, но более зловещую.
В 1726 году, почти одновременно с «Путешествиями Гулливера» Джонатан Свифт опубликовал автобиографическую поэму «Каденус и Ванесса».

Ванессе меньше двадцати,
Поэту сорок пять почти.
Он пожилой, подслеповатый
(В последнем книги виноваты).


Ванессой Свифт называл свою юную подругу Эстер Ваномри. В момент выхода поэмы ее уже три года как не было в живых. О причастности писателя к ее ранней смерти говорят и предания, и документальные свидетельства. Сохранилось письмо епископа Эванса архиепископу Кентерберийскому, в котором тот извещал вышестоящего иерарха об обстоятельствах, предшествующих печальному событию. «Молодая женщина мисс Ваномри (тщеславная и остроумная особа с претензиями) и декан состояли в большой дружбе и часто обменивались письмами (содержание коих мне неизвестно). Говорят, будто он обещал жениться на ней. В апреле месяце она узнала, что декан уже женат и высказала по этому поводу крайнее негодование, написав новое завещание и оставив все доктору Беркли».

Джордж Беркли, в будущем известный философ, был знакомым Ванессы, а деканом автор письма называет Свифта, к тому времени занимавшего эту должность в Дублинском соборе.

Ванессу писатель знал с детства, часто навещая ее отца, мэра Дублина. Позже, будучи на пятом десятке, «он девушку в себя влюбил», как написал в поэме и о чем свидетельствуют письма девушки.

«Существуют ли иные признаки божественности, кроме тех, какие отличают вас? — писала ему Ванесса. — Я нахожу вас повсюду, ваш дорогой образ всечасно передо мной». Постепенно высокий стиль обожествления сменился более человеческими признаниями Ванессы. «Любовь, которую я питаю к вам, заключена не только в моей душе: во всем моем теле нет такой мельчайшей частицы, которая не была бы ею проникнута». Шло время. «Знайте, ни время, ни случайность не в силах уменьшить невыразимую страсть, которую я питаю к…», — писала Ванесса. Предмет страсти не назван, поскольку Свифт, мастер конспирации, запрещал ей называть себя в письмах по имени.

Встречи и послания продолжались около десяти лет. Встречи — все реже, письма — все чаще. Пока Ванесса, которая, по воспоминаниям графа Оррери, всегда «держалась дерзко, весело и гордо», не прослышала, что в жизни Свифта существует другая женщина. Ею была Эстер Джонсон, Свифт называл ее Стеллой. Еще девочкой она жила с ним в одном доме, и Свифт, отлучаясь из Ирландии в Англию, слал ей подробные письма о своих делах (впоследствии изданные под названием «Дневник для Стеллы»). В мемуарной литературе бытует версия, будто в 1716 году Свифт тайно обвенчался с ней. Точных доказательств этого нет, но есть косвенные — Свифт, ушедший из жизни позже Стеллы, похоронен рядом с ней.

Услышав о тайном браке, Ванесса написала сопернице письмо, а та переслала его Свифту. Примчавшись к «дерзкой» Ванессе, он испепелил ее взглядом (которого она всегда боялась — «Это так ужасно, что я лишаюсь дара речи») и, не проронив ни слова, ушел. Через две недели, без всяких видимых причин, бедная Ванесса скончалась. Невероятная история!

Много лет спустя Вальтер Скотт, работая над книгой о Свифте, послал в аббатство Марли, где последние годы жила Ванесса, своего помощника. Тот успел застать там девяностолетнего свидетеля тех событий. По его словам, Ванесса «избегала людей и всегда была печальна, кроме тех случаев, когда приезжал настоятель Свифт, — тогда она становилась веселой». Посланец обратил внимание на необычайно разросшиеся лавры в саду, Старец объяснил: их разводила Ванесса, чтобы венчать лавровыми венками своего «триумфатора» во время его визитов.

Ценил ли такое трогательное поклонение молодой женщины сам «триумфатор», разменявший уже шестой десяток? В той же поэме Свифт признавался:

Он увлекался в передышке,
Любовь ценил, но понаслышке.


То есть «в передышке» между главными делами, которых у Свифта было несколько — его творчество, призванное совершенствовать человеческий род, и борьба за независимость Ирландии. («Не верь, не верь поэту, дева, / Его своим ты не зови», — писал со знанием дела русский поэт.)

С 1702 года Англия вела многолетнюю войну с Францией. Английский главнокомандующий герцог Мальборо затягивал ее окончание, поскольку на военных поставках наживали целые состояния он сам, а также предприниматели и банкиры, сторонники партии вигов. К тому времени острое перо Свифта выдвинуло его в центр политической жизни. Лидеры партий и министры оказывали ему особые почести, заручались его поддержкой, опасаясь стать мишенью ядовитых сатирических стрел. Свифт, разочаровавшись в вигах, примкнул к тори, которые вели борьбу за прекращение войны.

Десятки гневных памфлетов Свифта были направлены против злоупотреблений герцога Мальборо и близких ему вельмож. В итоге власти пришли тори, и в 1713 году, в немалой степени благодаря Свифту, с Францией был заключен мирный договор. В 1715 году Джонатану Свифту предоставили место декана Дублинского собора. В сущности, это была почетная ссылка — новая власть опасалась его возрастающего влияния, а Церковь не могла простить критики в «Сказке бочки».

В 1724 году Свифт обрушился на английское правительство в анонимных памфлетах «Письма Суконщика» (всего их семь), написанных от лица дублинского торговца. Причиной послужила выдача англичанину Вуду королевского патента на чеканку разменной монеты для Ирландии. Вуд наводнил страну неполновесной монетой. На этом «законном грабеже» нажились и он, и английское правительство. Свифт устами Суконщика предлагал ирландцам бойкотировать монету Вуда и настолько увлекся, что кончил призывами к восстанию против английского владычества вообще.

Автора «Писем Суконщика» вычислить было нетрудно — сатирический слог Свифта давно стал знаменитым. Премьер-министр Англии распорядился арестовать писателя, на что английский наместник в Ирландии ответил: «Чтобы арестовать Свифта, нужен экспедиционный корпус в десять тысяч солдат».

Суровый декан Дублинского собора сделался кумиром ирландцев. Специальный отряд круглосуточно охранял дом Свифта, на улицах Дублина выставлялись его портреты, в честь писателя был основан «Клуб Суконщика», а в народе ходила легенда, будто Свифт — потомок древних и справедливых ирландских королей… Англия была вынуждена «дело Свифта» замять.

В эти же годы Джонатан Свифт писал свою главную книгу «Путешествия в некоторые отдаленные страны света Лемюэля Гулливера, сначала хирурга, а потом капитана нескольких кораблей». В 1726 году издатель получил от «неизвестного лица» рукопись «Путешествий Гулливера» и опубликовал без имени автора, хотя ни издатель, ни читатель не сомневались в авторстве Свифта.

За год книга выдержала пять изданий. В необычайных и фантастических приключениях Гулливера среди лилипутов и великанов, лапутян и гуигнгнмов читатели находили (каждый в меру своих возможностей) и веселую фантастическую сказку, и философскую притчу, и беспощадную сатиру на английские порядки и притязания англичан на мировое господство… Так, лилипуты считали своего крохотного короля самым могущественным монархом в мире. Враждующие партии лилипутов — высококаблучники и низкокаблучники — напоминали английских тори и вигов, а секты остроконечников и тупоконечников, ведущих бесконечные споры о том, с какого конца следует разбивать яйцо, воспринимались как сатирическое изображение религиозного раскола между католиками и протестантами…

Всевозможные иносказания и намеки привели к тому, что со временем книга обросла комментариями, превышающими объем самого произведения. К примеру, нам могут показаться не вполне понятными выпады Свифта против создателя теории всемирного тяготения Ньютона, если не знать, что именно Ньютон, будучи директором Монетного двора, разрешил чеканку неполновесной монеты для Ирландии, чего Свифт не мог ему простить.

С другой стороны, многие фрагменты этой неисчерпаемой книги сегодня читаются, как фельетоны на злобу нашего дня: «Словом, нельзя перечесть всех их проектов осчастливить человечество. Жаль только, что ни один из этих проектов еще не доведен до конца, а пока что страна в ожидании будущих благ приведена в запустение, дома разваливаются и население голодает и ходит в лохмотьях», — намекал Свифт на спекулятивную горячку в Англии 1720-х годов, когда созданные авантюристами многочисленные акционерные компании и коммерческие общества увлекали легковерную публику самыми фантастическими прожектами быстрого обогащения. Чем это не про нас?

Под конец жизни Свифт начал страдать мучительными головными болями и головокружениями, потерял слух, сделался еще более угрюмым, никого к себе не допускал, проводя дни в полном одиночестве. Память его настолько ослабела, что он не мог даже читать.

Когда-то во время прогулки, глядя на вершину засыхающего вяза, Свифт сказал своему спутнику: «Так же вот и я начну умирать — с головы». Видимо, он знал разрушительную силу язвительной мысли. Джонатан Свифт ушел из жизни 19 октября 1745 года и завещал похоронить его в Дублинском соборе.

В России со Свифтом познакомились в 1773 году, когда вышли «Путешествия Гулливеровы», переведенные Ерофеем Коржавиным с французского языка. Русским последователем «злой сатиры» Свифта стал Салтыков-Щедрин.
Великие писатели | Просмотров: 503

Не пропусти!

ЧаВо

Для отправки комментария Вы должны авторизоваться